Полицейский пристав Зацемесской стороны

Автор: Сергей ШИЛО, краевед 24.12.2012 15:55

Присоединенная к городу в 1900 году Зацемесская сторона* была заселена рабочим людом самых разных профессий, национальностей и вероисповеданий. Здесь жили чехи, русские, украинцы, армяне, грузины, турки, греки и многие другие национальности. Каждая новая волна промышленного подъема, как-то - строительство железной дороги, порта и элеватора, служила очередным приливом рабочей массы.

***Немало послужили к этому и трудные, голодные годы, когда население внутренних губерний России, спасаясь от голода, перебиралось в Кубанскую область. Рабочие и крестьяне, прослышав о начале работ, пешком доходили до самого Новороссийска. Найдя здесь же работу и пропитание, оседали на Зацемесских берегах. Прежде территория за Цемесом и её население считалось предместьем, которое было неподведомственно Управе, и поэтому благоустройством улиц и наведением порядка на них городское начальство не занималось. Теперь же все изменилось. И городское самоуправление обязано было принимать меры. Первым делом Управы и Думы стала организация полицейской части на присоединенных землях.
***Предложение о создании полицейского участка во 2-й присоединенной части города поступило 27 августа 1900 года. Инициатором данного предложения стал Черноморский губернатор Е.Ф.Тиханов, обратившийся с заявлением в городскую Думу. Он предложил городским гласным обсудить этот вопрос и назначить штат и содержание полицейской части, которое и исчислять с 1 августа.
***Распоряжение губернатора было исполнено, и по расчету за пять месяцев согласно указанию губернатора штат и содержание полицейской части было исчислено. Полицейская часть 2-го участка города состояла из пристава, двух его помощников, а также канцелярии пристава, состоящей из двух писарей. Рядовой состав части состоял из четырех старших городовых и 16 младших городовых. Всего в штате было 25 человек с такими годовыми окладами:

- пристав - 500 рублей, столовых - 150 рублей, квартирных - 150 рублей и разъездных - 100 рублей,
- помощники пристава - каждый - 400 рублей, квартирных - 120 рублей, разъездных - 100 рублей,
- писари - каждый - 360 рублей плюс на канцелярские расходы - 200 рублей,
- старшие городовые - каждый - 240 рублей.
- младшие городовые - каждый - 100 рублей.

***Рядовые полицейские, непосредственно несшие службу на улицах города, получали небольшое жалование. Так, например, старший городовой получал в месяц 20 рублей, а младший городовой всего 8 рублей 30 копеек. Кроме того, на обмундирование, амуницию и вооружение городовым выделялось еще по 25 рублей, а на лечение - по 110 рублей в год.
***Если сравнить жалование полицейских с оплатой труда рабочих, которые получали в те годы от 50 коп. до 1 руб. 50 коп. в день, то очевидно, что жалование рядовых полицейских было незначительным.

***Полицейская часть на Мефодиевке своего здания не имела и помещалась в нанимаемом городской Управой частном доме. В таком доме были отдельные помещения для канцелярии, пристава и городовых. Наем такого дома вместе с отоплением и освещением помещений обходился городу в 1900 году в 1870 рублей.

***Одним из первых полицейских приставов Зацемесской стороны стал пристав Яников, помощником пристава был Балабаненко. Полицейский пристав был большим начальником и кроме выполнения своих прямых функций по поддержанию правопорядка он отвечал также за многие жизненно-бытовые дела. В том числе, за ремонт и исправление мостовых, освещение улиц, постройку мостов, колодцев, кузниц, наведение порядка на базаре, улаживание конфликтов и споров. В его обязанности входил контроль над выполнением постановлений городской Думы и состоящих при ней комиссий. Жители Мефодиевки часто обращались в канцелярию пристава с разнообразными житейскими проблемами, жалобами, заявлениями, ходатайствами и прошениями. И пристав обязан был разбираться в каждом конкретном деле. Помощники пристава постоянно участвовали в городских комиссиях, при составлении протоколов по обследованию того или иного объекта в санитарных, строительных и иных конфликтных делах.

***Организация полицейской службы в присоединенной к городу части повлекла за собой увеличение финансовых расходов на содержание полиции. В ноябре 1900 года городская Дума рассмотрела ходатайство полицмейстера города Новороссийска, в котором он пишет, что «с присоединением к городу Забухтинской части район разъездов для чиновников наружной полиции расширится более чем в три раза, и поэтому денег, отпускаемых ныне на разъезды, хватает лишь на 4-5 месяцев. Остальное же время года приходилось бы разъезжать по делам службы на собственные средства. Ввиду этого является крайняя необходимость просить Управу исходатайствовать у городской Думы увеличения кредита на разъезды чинам полиции с 1 сентября. Полицмейстеру - до 500 рублей, приставам и помощникам - до 200 рублей в год». Дума постановила увеличить кредит на разъезды, полицмейстеру - 140 рублей в год, двум приставам и 5 помощникам - по 100 рублей в год каждому.

***Увеличение общего штата полиции сказалось и на работе полицейского управления. На это обращал внимание Думы все тот же полицмейстер. Вот что он пишет в конце ноября 1900 года: «С присоединением Зацемесской части к городу письменные занятия в Полицейском Управлении почти удвоились, а следовательно и число служащих должно быть увеличено, помещение же, будучи и прежде крайне недостаточным, ныне при увеличении числа служащих будет до невозможности тесно. Так как из 5-ти комнат в доме, 2-ве занимает пристав 1-го участка под канцелярию, а Полицейское Управление ограничивается лишь 3-мя небольшими комнатами».
***Далее в своем рапорте полицмейстер просил Думу нанять для канцелярии пристава отдельное помещение или сделать пристройку к дому. Дума постановила нанять другое помещение для канцелярии пристава, но за неимением на это средств отложила рассмотрение этого вопроса до рассмотрения сметы на 1901 год.

***Полицейская часть 2-го участка города существовала в не менее трудных финансовых условиях, потому что расходы на полицейских городская Дума постоянно ограничивала. Если в первые годы создания полицейской части на неё тратилось почти что 2000 рублей в год, то по прошествии 9 лет - намного меньше, всего 1428 рублей. В отношении размещения полицейской части дело обстояло еще хуже, чем это было в 1-й части города. Вся полицейская часть 2-го участка из-за невозможности найти подходящее помещение была разбросана по трем арендуемым зданиям. Управление и канцелярия находились в одном здании, а помещения для нижних чинов - в двух других, расположенных в разных районах. Одно было в Мефодиевском поселке, другое в Балке Адамовича.

***Что же касается выделяемых денег, то на 1428 рублей, как прописывала бюджетная смета доходов и расходов г.Новороссийска на 1909 год, 2-й полицейской части следовало оплатить:

- наем помещения по договору - 600 рублей,
- отопление 5 голландскими печами и одной плитой - 284 рубля,
- освещение 16 лампами - 96 рублей,
- покупку ведер, ушатов, метел и прочее - 45 рублей,
- телефон- 75 рублей,
- наем помещения для нижних чинов на Мефодиевском поселке и в балке генерала Адамовича вследствие недостатка помещения при участке - 150 рублей,
- ремонт - 50 рублей,
- три лампы по 1 рублю каждая - 3 рубля,
- двадцать пять чехлов для тюфяков городовых - 50 рублей,
- двадцать пять штук одеял для городовых - 75 рублей.

*Одно из употребляемых в то время названий присоединенного пригорода (Зацемесская, Забухтинская сторона, а так же Новый город, вторая часть города и т.д.).

МАСТЕРА СВЕТОПИСИ. Из истории новороссийской фотографии

Автор: Сергей ШИЛО 15.11.2012 17:38

***В конце XIX и начале XX века услугами фотографии, или иначе светописи, пользовались широкие массы населения: чиновники, учителя, купцы, духовенство, казаки, крестьяне, военные. На одиночных и групповых снимках сидели на креслах и стояли возле декоративных колон, тумбочек и лавочек важные усатые чиновники и пушистые гимназисты. Снимались целыми семьями с бабушками и дедушками, дабы запечатлеть  сплоченность семьи  и благополучие  бытия.

***В то время фотография была удивительна своей новизной, точностью и скоростью воспроизведения, поэтому в городские портретные мастерские публику привлекало любопытство  и  сравнительная  дешевизна снимков. 

***В каждом городе было несколько фотомастерских, конкурирующих между собой и зазывающих обывателей особой неповторимой рекламой и перечнем выполнения работ самого высокого качества.

***Для своей мастерской каждый мастер заказывал в типографии паспарту - художественно оформленный картон с  указанием  фамилии  мастера, города, где был сделан снимок, и наград фотографа, полученных им на фотографических выставках. На оборотной стороне иногда указывался адрес и название мастерской или фотосалона, а также сообщалось о сохранности негативов. В оформлении паспарту применялось тиснение, золочение и серебрение, пышные виньетки и узоры, поэтому снимок, наклеенный на него, выглядел шикарно.

***В губернском Новороссийске, как и в других городах, существовало несколько фотоателье. Одно из самых ранних принадлежало Амазаспу Мимиконянцу. Снимки, выполненные  в  мастерской этого фотографа,  датируются 1893 годом.

***Также были фотоателье В.А. Поповой (Семеновой), И.М. Полити, Жоржа Леконте,  Г.С. Мовсесяна, И.Ф. Таракановского, И.М. Янковича.

***Новороссийские фотографы не только работали в своих мастерских, выполняя частные заказы. Они принимали активное участие в издании видовых фотографических почтовых карточек, сохранивших облик нашего города на века, а также фотографировали разные события в жизни города.

***Ныне работы этих мастеров занимают достойное место в новороссийском музее-заповеднике и хранятся в коллекции фотопортретов людей, чья судьба  была связана с нашим городом. Вот только хотелось бы, чтобы и судьбы мастеров светописи, чьими трудами вершилась фотолетопись нашего города, также заняли в истории города достойное место. Но, к сожалению, о многих из них сведений почти не сохранилось. К наиболее знаменитым новороссийским фотографам относится Иван Маркович Полити и Жорж Леконте. Работы этих мастеров неоднократно отмечались почетными дипломами на фотографических выставках.

***Многие работы вышеперечисленных мастеров фотографии хранятся в  новороссийском музее-заповеднике и занимают достойное место в коллекции фотопортретов людей, чья судьба была связана Новороссийском.Немало работ этих фотохуджников находится и в семейных архивах - как в нашем городе, так в других городах и даже странах.

***Так, из города Еревана вернулась к нам в город фотография Отто Робертовича Пенцлина, снятая в 1913 году. О.Р. Пенцлин был знатным горожанином и управляющим имением и землями  Л.Е. Адамовича в Новороссийске. Заслуга О.Р. Пенцлина перед городом была в том, что он как управляющий и доверенное лицо землевладельца активно участвовал в деле передачи  городскому управлению в безвозмездное и вечное пользование частных земель генерала. Ныне этот район города носит название Балка Адамовича или просто Балка.

***Полевые исследования позволили мне также обнаружить возможно еще неизвестную  фотографию Сергея Александровича Гнедова 1907 г.р. «Младенец в распашонке». Фотография выполнена в мастерской  И.М. Полити. Вот что мне удалось узнать из воспоминаний родственницы Надежды Сергеевны Велигоцкой.

***Сергей Александрович Гнедов - из рабочей семьи. Работал на цементном заводе «Пролетарий». Учился в Ленинградском летном училище. Затем он - кадровый летчик, который воевал, имел ранения, участвовал в Сталинградской битве. После великой отечественной войны работал на  цементном заводе «Октябрь». Потом ушел на пенсию. Прожил 87 лет и умер в 1995 году. Был хорошим человеком.

***Некоторые  новороссийские "кабинетки" иногда появляются на Интернет-аукционах. Из Санкт-Петербурга мне прислали три замечательных фотографии. Две из них принадлежат мастерской Жоржа Леконте: «Мальчик в в турецкой феске» и «Гимназистка». Мастерская  знаменитого художника светописи Жоржа Леконте находилась в Новороссийске на Мартыновской улице в доме №15 и называлась «РЕНЕСАНСЪ». Также замечателен фотопортрет «Сестра милосердия», выполненный в фотографической мастерской И.М. Полити. Определить, кто изображен на данных фотографиях, пока не представляется возможным.

***Посмотрите на эти фотографии наших бывших горожан! Разве они не замечательны? Каждая по своему колоритна и как бы духовно осмыслена. Своим искусством старые мастера светописи умели подчеркнуть в каждом человеке только ему присущую и неповторимую индивидуальность...

К 70-летию гибели поэта Павла Когана. Под парусами бессмертной «Бригантины»

Автор: Константин ПОДЫМА, писатель 22.09.2012 11:00

***ОСЕНЬЮ СОРОК ПЕРВОГО ГОДА  из особняка с колоннами, что в Москве, на Тверском бульваре, вышел невысокий черноглазый юноша. Он посмотрел на старое здание и мысленно попрощался с ним. Он прощался с Литературным институтом, с посуровевшей, военной столицей. Он уезжал на юг, в Ставрополь, на курсы военных переводчиков…
***
  
***
***Позади – нелёгкая «баталия» с врачами, не желавшими отпускать «белобилетника» на фронт. Зрение у Павла подкачало. «Негоден» - было  написано в его военном билете. Врачи и слушать ничего не хотели. Тогда он выучил наизусть всю таблицу и поразил медиков своим «стопроцентным» зрением.
***По Литературному институту издали приказ: «Студента 4-го курса КОГАНА П.Д. числить в отпуске до возвращения из Красной Армии…»

***
***Жаркие бои на юге. В одном из них Павел был сильно контужен. Госпиталь. Возвращение в часть. Потом началось сражение за Новороссийск…

***РОС НА ОСТРОГОЛОВОЙ СОПКЕ САХАРНАЯ ГОЛОВА лес. Это сейчас - кустарники, тёрен да шиповник. А тогда, до войны, деревья-великаны подступали к самому «Октябрю». В войну всё скосило.
***В первых числах сентября 42-го линия фронта прошла по Сахарной голове. Слева - борющийся с оккупантами город, справа - наши войска. Преградили они врагу путь на Кавказ. Куниковский батальон морской пехоты сменили воины 318-й горно-стрелковой дивизии, и дальше Сахарной головы и цементного завода «Октябрь» фашисты не прошли.
***Каждый день, методично, по часам, в восемь вечера немцы начинали бомбёжку. Жители, кто ещё не эвакуировался, прятались по подвалам, траншеям.
***Как-то после очередного обстрела, вышла из подвала своего дома, что на Щелевой, Александра Семёновна Жорох. А в саду - зенитка. За углом дома, правее подвала - блиндаж. А около него, выкопанного неделю назад,  стоит черноглазый юноша в форме. То ли солдат, то ли офицер. Его Семёновна ещё не видела здесь. Спрашивает:
***- Ну как, бабушка, живём?
***- Как-нибудь, сынок, - улыбнулась маленькая, щуплая старушка в очках. - Где красноармейцы прежние? Небось ушли? Не померли?
***- Живы! В другом расположении. Мы теперь здесь будем… - улыбнулся черноглазый. И спохватился совсем неожиданно:
***- Вам воды принести?
***- Принеси, будь добр. Как кличут-то тебя, милый? Сам откуда?
***- Павлом меня зовут. Из Москвы я…
***

***
***ВОТ КУДА ТЕБЯ ЗАБРОСИЛА СУДЬБА, ПАВЕЛ… Был студентом, стал переводчиком, помощником начальника штаба по разведке.
***Принёс воды бабушке. Медленно спустился по земляным ступенькам в блиндаж. Уселся на лежанку. Пододвинул к себе столик, сбитый из патронных ящиков. Достал старый, потрёпанный блокнот.
***Улыбнулся, вспомнив отца. Тот не раз ругал Павла: «Что ты пишешь на каких-то листочках, обрывках? Заведи что-то приличное, ну хоть блокнот с собою носи…»  А сам тайком от сына припрятывал эти бумажки,  хранил.
***Так и «Бригантину» припрятал, сберёг листочек. Нервничал Давид Борисович, слыша, как потом все поют не так строку про «яростных» и отчего-то «непокорных», а надо так, как у автора: «Пьём за яростных и непохожих!» И последняя строка  у Павлика, переживал отец,  звучит обрывисто и резко, но так и надо: «Бригантина  п о д ы м а е т  паруса».  Тут «постарался» и великий Юрий Визбор, создав по сути свой вариант песни, и несравненная Людмила Лядова  приложила  руку, «причёсывая» слова Когана под собственную мелодию, более профессиональную, конечно, чем у автора мелодии Жоры Лепского…
***  

***
***ВСЕГО ЭТОГО ПАВЕЛ И НЕ УЗНАЕТ. Так же, как он не мог предположить, что песню, сочинённую как-то в радостно-мечтательном порыве, запоют - через годы - миллионы, что станет она так любима…
***Слава, какая слава? Подумывал перед самой войной о книжке стихов. Но так и не решился пойти в издательство. Рано, надо расти! Хотя… «Павел Коган. Стихи и поэмы». Правда, неплохо?
***Павел раскрыл блокнот. Вот, всё прилично, порадовался бы отец, радостно засмеялась бы мать. Славные у него родители. Аттестат свой военный отправил в Москву, будут они хоть что-то за сына-фронтовика получать…

***- Первая строчка… Так…
*********Нам лечь,
************где лечь,
*********И там не встать, где лечь…
*********И задохнувшись «Интернационалом»,
*********Упасть лицом на высохшие травы,
*********И уж не встать,
*********И не попасть в анналы…

***Сейчас - пора в разведку. Блокнот с собою брать нельзя, и документы тоже, не положено… Ничего, стихи и в голове хранить можно… Только что получен приказ: идти в район Сахарной. Там укрепились враги. Хорошо бы взять «языка»…
***Павел встал с лежанки. Негромко скомандовал бойцам:
***- Подъём! Пора, ребята…

***УЗКАЯ ТРОПИНКА  петляла вдоль горной щели, вела к линии фронта, к Безымянной. Сквозь стволы деревьев горели звёзды, ослепительным светом прожигая чёрное небо. Оно уже начинало светлеть…
***Приближался рассвет 23 сентября 1942 года.
***Впереди – поляна. Чёрный силуэт Сахарной над ней.
***- Я пойду вперёд… - шепнул Павел. Осторожно двинулся он по тропинке.
***Кончилась поляна. Сейчас махнуть рукой: «За мной!»
***Не успел.
***Что-то толкнуло в грудь, повалило на землю. Упал лицом в высохшую полынь.

*********Нам лечь,
************где лечь…
***
 
***
***ПАВЕЛ НЕ ЗНАЛ ТОГО, что его Лена, юная жена, тоже ставшая военным переводчиком, дойдёт до Берлина, встретит там Победу. И того, что в своей сумочке будет носить она почерневшие челюсти Гитлера и Евы Браун, чьи обгорелые останки, найденные у Рейхсканцелярии,  ещё лишь предстояло  опознать.
***Не знал он и того, что не забудут его в Новороссийске. И что над его символической могилой - на вершине Сахарной головы - будет реять красный флаг, переживший небывалые потрясения страны, перешагнувшей из века в век…
***12 марта 1967 года поставили его впервые ребята из «Шхуны ровесников». И верили, что так будет всегда.

***НО ВРЕМЯ РАССУДИЛО ИНАЧЕ. 44 года реял этот флаг-памятник над Цемесской бухтой, пока не помешал … созидателям новой, капиталистической жизни. Они послали на вершину Сахарной головы бульдозер. Безжалостной рукой был снесён скромный мемориал, по сути – символическая могила…
***А те, кто отдал приказ о сносе могилы, пусть и символической? Им хорошо спится по ночам. Им даже возмущённые слова мэра об этом акте вандализма - вовсе не указ. Сравнять с землёй символ Памяти - для них пустяк. Не отсюда ли и корни откровенного надругательства над тем, что дорого нам? Господа,  вдумайтесь: возможно, именно вы породили среди молодёжи зловещие язвы пренебрежения к прошлому… Не отнекивайтесь: недавние события пример тому…

***

***2012, июль. Временный мемориал в честь поэта П.Когана, поставленный туристами и краеведами города, - у места в горах, называемого "Семь ветров"

***

***ОДНАКО ВСЕМ НАМ ПОВЕЗЛО. Есть всё же в нашем городе-герое люди, лишенные показного патриотизма. Они молча занимаются ДЕЛОМ.
***Неделю назад, в ночь с 15 на 16 сентября они прошли последней тропой Павла Когана. Прошли к сопке Безымянной, чтобы установить там новую цифру Каменного Календаря - 69.
***Их было 55 - мальчишек и девчонок - выпускников и первокурсников Морского университета, учащихся Навигацкой школы, матросов, курсантов и юнг "Шхуны ровесников", во главе с капитаном-наставником "ШР" Иваном Сидоровым.
***Верится: эти молодые люди доведут до конца и восстановление Флага-памятника, разрушенного взрослыми вандалами.
***На высокой мачте будет реять алое полотнище, как тугой, наполненный ветром парус неувядаемой, гордой "Бригантины".
***Удачи вам, друзья!
*** 

  
***
Фото:  Давид ДАТУАШВИЛИ, Владимир ЗАДОРОЖНИЙ, из архива Константина ПОДЫМЫ и "Шхуны ровесников"

***

***
ПОСТКРИПТУМ. Сегодня днём, 22 сентября, ребята-шхунатики из Морского Университета сделали то, что обещали. На фотографиях - сопка Безымянная. Над нею на восьмиметровом флагштоке взвилось 269-е полотнище Флага-памятника. Обновлены плиты на могиле 63 воинов Красной Армии. Установлена памятная плита в честь поэта-воина Павла Когана. Спасибо, Морской Университет, спасибо, "Шхуна"! 

К 70-ЛЕТИЮ ПОДВИГА ПИОНЕРА-ГЕРОЯ ВИТИ НОВИЦКОГО. ДВА ЧАСА ДЛЯ ПОБЕДЫ

Автор: Константин ПОДЫМА, писатель 09.09.2012 07:44

Сегодня, 9 сентября, ему бы исполнилось 85… Солидный возраст для пионера, каким мы представляем Витю Новицкого. И на старых фотографиях, и на этом конверте, выпущенном миллионным тиражом…
Он погиб за один день до своего 15-летия. И остался с нами. В названии скромной улочки, что чуть выше Октябрьской площади, в имени океанского судна, в памяти многих и многих людей…

***А начиналось всё с поиска, который начали в 60-е годы юные следопыты Дворца пионеров Новороссийска. Штаб РВС (Разведчики Великой Славы) возглавляла тогда Ольга Михайловна Ногинова, яркий и талантливый педагог. Во Дворце получили письмо из Кизляра – от Марии Петровны Новицкой. И снимок 1939 года. На нем, со своим классом и Витя, 12-летний вихрастый и белоголовый мальчуган…

***Раскрываю судовой журнал историко-патриотического клуба «Шхуна ровесников». Запись от 26 апреля 1966 года. Встреча в редакции «Новороссийского рабочего». Ольга Михайловна Ногинова, Галина Алексеевна Крымпоха (тогда – сотрудник музея и рулевой «ШР»), друзья Вити – Валентин Евгеньевич Свидерский, Николай Иванович Непомнящий, соседка Новицких – Ольга Сергеевна Лапина. Много интересного рассказали друзья детства Вити, Ольга Сергеевна. Спорили. Не могли прийти к одному мнению о месте захоронения пионера. Решили подождать приезда Марии Петровны, мачехи мальчика, и вместе с ней установить это.
***А в «Новороссийском рабочем», 7 мая, появилась статья о Вите, о том, что объявляется операция «Подвиг», и вот этот приказ № 27:

«Совет «Шхуны ровесников» выражает  благодарность  красным следопытам штаба Разведчиков Великой Славы Дворца пионеров Вале Зубковой, Оле Каревой, Свете Поповой, Оле Набокиной, Володе Антониу за помощь в сборе материалов о Вите Новицком».

***«Шхуна» тоже решила внести свой вклад в память о юном герое. Решили – дом за домом – обойти ВСЕХ жителей района, прилегающего к Октябрьской площади. Валя Кириленко, Таня Прокопенко, Витя Буравкин, Володя Ещенко, Валя Дубенко обошли старожилов… Так писалась скорбная и героическая летопись короткой, но славной мальчишеской жизни…

***Сколько времени длился бой, Витя уже не помнил. Он стрелял и стрелял, и боялся лишь одного – что могут кончиться патроны.
***Горело небо, и пылал Новороссийск, и плыли над Цемесской бухтой чёрные шлейфы дыма. Стены старинной башни на Октябрьской площади были полуметровой толщины и, сложенные из камня-известняка, могли бы выдержать какой угодно обстрел. На подоконнике стояли пулемёты. А у двери – ящики с патронами и ручными гранатами. В доме напротив, через улицу Рубина, в подвале – мать с братишкой и сестрёнкой. Витя даже не мог предупредить их, что он тут. Как он просил моряка, чтобы тот разрешил помогать ему здесь!  Таскал ящики с боеприпасами, носил воду. А моряк всё прогонял его. Но ведь эта башня – Витькин дом! Он жил здесь, на втором этаже.
***Не успел моряк отослать Витю к матери. В глубине переулка Декабристов показались гитлеровцы и начали обстрел башни. И мальчишка остался. Бегал по этажам, подносил патроны да, взяв гранаты, выскакивал из двери первого этажа и бросал их в наседавших врагов.
***О, как хотел он уложить их побольше! Как ненавидел он этих гадов в квадратных касках, их наглую походку, когда они шли с автоматами наперевес, засучив рукава, как палачи.

***Парень уже понюхал пороха: полгода назад он уже убегал на фронт, под Керчь. Его вернули домой. Узнал комиссар, сколько ему лет, и велел живо отправить в тыл.
***Только на память о том побеге остались Витьке черные флотские  брюки. А тельняшка у него своя уже была. Давно решил стать моряком. Как только седьмой закончит – и в мореходку…
***И отец ему говорил: «Ничего, Витюха, всё сбудется, когда вырастешь…»
***Нет теперь отца. Убит. Ушёл с десантной частью и не вернулся.
***И друзья-бойцы убиты.
***Остался мальчишка один.

***Витя поразился наступившей вдруг тишине. Чуть приподнял голову над щитком «максима», поставленного на подоконник. Фашистов со стороны улица Рубина не было видно. Подошёл к другому окну – и на Декабристов ни одного. Осторожно посмотрел и в третье – пустынна была Октябрьская площадь.
***Говорят, ещё совсем недавно она считалась главной площадью Новороссийска - здесь проходили демонстрации, митинги…
***Стлался дым над обугленными огнём траншеями. Их защитники – моряки с потопленного фашистами миноносца «Бдительный» - погибли.
***Через день 15 Витьке стукнет. А ничего и сделать не успел. Жарил пятки на раскалённой солнцем гальке,  нырял «до посинения» с бетонного мола, запоем читал книжки.
***Не плакал, когда разбивал в кровь коленки или рвал штаны, на удар отвечал ударом, и терпеть не мог, когда обижали малышей. Всегда стоял за справедливость.

***Лязгнула пуля. Витя отпрянул в сторону от подоконника, и, подскочив к пулемёту, нажал на гашетку.
***Рассыпалась по подворотням цепь гитлеровцев. Двое остались лежать поперёк переулка Декабристов.
***- Ага, боитесь? А ну-ка сунься, кому охота!..
***Зло огрызнулись миномёты. Витя нагнул голову, бросился к ручному пулемёту и длинной очередью пропорол улицу Рубина.
***Рота гитлеровцев откатилась. А мальчишка уже пулей слетел вниз, открыл дверь и с размаху бросил связку гранат.
***Распахнул ворот солдатской гимнастёрки: пусть гады видят тельняшку – моряки не сдаются!
***Только бы патроны не кончились…

***Не знал он, что в эту минуты двое фашистов уже поднимались по ступенькам лестницы. Пробили наскоро замурованное кирпичами окно первого этажа и проникли в башню.
***Скрипели старые ступеньки под их сапогами.
***Но Витя не слышал.  Опять он был у пулемёта и стрелял, стрелял…
***Страшный удар обрушился на голову мальчика. Он повернулся, посмотрел непонимающими глазами и, упав на пол, потерял сознание.
***Гитлеровцы швырнули худенькое тело на подоконник и облили горючей жидкостью.
***Один из солдат чиркнул зажигалкой.
***Горящим факелом падал со второго этажа башни Витя…

***Два часа не могли пройти враги к центру Новороссийска по улице Рубина.  Два часа сдерживал их Витя.
***Он лежал лицом вниз у самого края траншеи, на чёрной взрытой земле. Только волосы не тронул огонь.
***Русые, выгоревшие на солнце, смешным ёжиком топорщились они на затылке...

***Многое удалось узнать уже «Шхуне ровесников» о Вите Новицком. По просьбе юных новороссийцев и их старших друзей – Александры Пахмутовой, Юрия Левитана, Константина Коккинаки, Муслима Магомаева – имя  его было внесено в Книгу Почёта Всесоюзной пионерской организации. Обратились к Министру морского флота СССР – вышел в море теплоход с именем пионера на борту. Написали Министру связи – выпущен  был памятный конверт… Адмирал-наставник «ШР», вице-адмирал, Герой Советского Союза Г.Н. Холостяков подписал на Новицкого Виктора Михайловича наградной лист и направил его в Президиум Верховного Совета СССР. А в сентябре 1978 года все прочитали в «Правде», что юный герой удостоен ордена Отечественной войны (посмертно)…

***Шестнадцать лет (1974-1990) продолжалась у «Шхуны ровесников» операция «Морская душа», посвящённая Новицкому. Почётным командиром её бессменно был контр-адмирал Тимур Аркадьевич ГАЙДАР, сын прославленного писателя.  И все эти годы  архивариус «ШР», неутомимый Александр ДЕМЧЕНКО являлся вахтенным командиром «Морской души».  В честь Вити не раз проводились «шхунатские» слёты. Помнят с тех пор вихрастого, белоголового Витю Новицкого в подмосковном Ногинске, костромском Волгореченске, белорусском Борисове, карельском Петрозаводске, помнят в Кирове и саратовском Вольске, уральском Екатеринбурге…

***И сегодня нынешняя «Шхуна ровесников» во главе с её капитаном-наставником Иваном Михайловичем Сидоровым, капитаном 1 ранга, придёт на Октябрьскую площадь,  где стоит небольшой памятный знак у места гибели Новицкого… Возложат  цветы.
***А известный в городе аранжировщик музыки Николай  АЛЕКСЕЕВ только что, в начале сентября сочинил песню о пионере-герое.

Прав был Владимир Владимирович! Прав Маяковский!
Так и живут, не умирают герои, «чтобы умирая, воплотиться, в пароходы, в строчки и в другие долгие дела»…

ПОСЛЕСЛОВИЕ от Ю.Б. ЛЕВИТАНА (июль, 1983)

***"Я мысленно представляю сейчас себе суровый сентябрь 1942 года. Для меня каждый час был занят работой у микрофона. С какой же болью читал я тогда по радио о жестоких, кровопролитных боях под Новороссийском. Сражались армии. Сражались полки и дивизии.

***А на Октябрьской площади в Новороссийске два часа держался Витя Новицкий. В жестоком бою погиб Витя, и эти два часа, за которые враг не прошёл дальше, оказались бесценным вкладом в далёкую тогда Победу...

Внимание! Фотографии можно легко увеличить в полтора раза с помощью правой кнопки мыши. Фото улицы Вити Новицкого и памятника герою: Марина ЭКСТЕР.

КАКОЕ ЧУДО ОЖИДАЛО НАС… К 115-ЛЕТИЮ ОТКРЫТИЯ В НОВОРОССИЙСКЕ ПЕРВОГО В РОССИИ КИНОТЕАТРА

Автор: Константин ПОДЫМА, кинодраматург 26.08.2012 01:47

К 27 августа - Дню  Российского Кино

***ЗА ГОД ДО СОБЫТИЯ, ВАЖНОГО ДЛЯ НОВОРОССИЙСКА…
***1896-й…

***… Он проснулся внезапно, как от толчка.
***Светало. Всё было привычно и знакомо: тесный, качающийся кубрик, верхняя койка, куда он теперь, ловко подтянувшись, взбирался прыжком, как бывалый моряк (а ещё недавно не раз стукался головой, и пребольно), спящий внизу на рундуке Женька, наглухо задраенный иллюминатор, до толстого стекла которого то и дело дотягивались зелёные, с сединой волны…
***Штормило, и пароход, стоящий у причала, раскачивало, как на качелях.  Скрипело, кажется, всё, что могло – старый «Платон», пароход Российского общества транспорта, доживал свой век в неспешных переходах от Одессы до Батуми, хоронясь в портах при штормовых предупреждениях.
***Вот и сейчас, кажется, надолго застряли в Новороссийске.
***Осень в тот год, 1896-й, пришла на Юг необычайно рано: холодами, северными ветрами. Который день дул норд-ост, знаменитая черноморская «бора», гроза мореходов, и немало горестных тайн хранит Цемесская бухта…

***Не вставая, Саша закатил рукава полосатой тельняшки. Это – его первое морское приобретение. Не жалея, продал в Одессе новую ученическую куртку, ремень с бляхой Вятского городского училища, серые брюки, сапоги – высокие, до бёдер, с ремешками под коленями.
***Зато что купил! Тельник, парусиновые моряцкие штаны и белую матроску с синим воротником. Купил матросскую шапку и ленту с надписью «Платон». Да ещё и остались деньги – заплатить старпому за еду в рейсе…
***Три дня уже болтаются они в Цемесской бухте, время от времени скалывая лёд с замёрзшей палубы…
***Зелёная вода гневно плескалась в иллюминатор Сашиного кубрика.
***… Когда вечер чуть стих, Саша отпросился у боцмана на берег. Ему хотелось посмотреть город.
***- Грыневский, к восемнадцати, как штык – на борт!
***- Есть! – как положено, отчеканил Саша.

***Придерживая бескозырку рукой, чтобы её не унёс ветер, Александр спустился по трапу. Прошёл по порту. Порывы ветра словно подмели его начисто, причалы, обычно многолюдные, опустели. Какая может быть погрузка-разгрузка, когда норд-ост сбивает с ног?
***Закрыты были и тяжёлые ворота пакгаузов, но и проходя мимо, Саша, кажется, ощущал чудный запах заморских стран – лимонов, корицы, ванили и душистого кофе. Он любил и резкий запах моря, гниющих водорослей, угля и нефти. Всё смешивалось в неповторимый аромат…
***Выйдя из порта, Гриневский подошёл к греку, стоявшему у ворот с коробом. Не торгуясь, купил за три копейки полдюжины пирожков с ливером. Не торопясь, пошёл по набережной, жуя вкуснющие пирожки. Не пожалел сын Эллады ни ливера, ни масла!
***Прохожих в городе было немного, хотя ветер здесь, вроде бы приутих. Где ему тут разгуляться?
***Новороссийск располагался вдоль бухты, подковой. И повторял изгиб береговой полосы, пересекаемый чёткими, по-морскому расчерченными, как на карте, линиями улиц – Александровской, Мартыновской, Раевской… Высоченные трубы цементных заводов поднимались над бухтой, на её восточном берегу. Ветер относил дым в море.
***Пройдя через рынок, Саша вышел на главную улицу, Серебряковскую.
***Недавно Новороссийск стал губернским городом. Только это пока никак не отразилось на его облике. Двухэтажные дома – лишь в центре, а в остальном – полное захолустье, задворки Российской Империи. Всё у него, видно, впереди…

***Саша любил рассматривать витрины. Медленно идя по Серебряковской, увидел в окне объявление: «Ф.А.Матиевич. Агентство иностранных пароходов. Прямая линия: Нью-Йорк, Филадельфия, Новороссийск.»
***Вот это да! Сколько же плыть отсюда до Америки? Месяц? Два?
***Дойдя до угла, где красовалась скромная вывеска: «Городская библиотека профессора Эрнста Баллиона», Гриневский свернул налево, на Раевскую улицу. Ветер подул с новой силой, так, что Саше пришлось по уши нахлобучить бескозырку.
***Улица вела к морю, да и пора возвращаться на пароход.

***Но как не остановиться? Вывеска зазывала: «ФОТОГРАФИЯ  И  ХУДОЖЕСТВЕННАЯ МАСТЕРСКАЯ КАРТИН ДЛЯ ВОЛШЕБНЫХ ФОНАРЕЙ  И.М.ПОЛИТИ».

***- Грек или итальянец? – подумал Саша, и так не пришёл к одному мнению.
***А тут на пороге показался черноволосый малый в синей поддёвке.
***- Милости просим! Желаете запечатлеть свой облик?
***Саша неопределённо мотнул плечом. Когда в кармане – ветер, какой там…
***- Милости просим, - был настойчив малый, похожий на приказчика из бакалейной лавки, но от того пахло свежеиспечённым хлебом, а от этого… - Вмиг запечатлим!
***Саша застыл смущенно. Но будто подчиняясь чьей-то невидимой, но всесильной воле, шагнул на порог…
***Мастерская сияла чистотой, на стенах её висели – от потолка до пола – бархатные шторы, слабо пахло не то красками, не то как на уроке химии…
***- Иван Маркович, вот… - шепнул малый в поддёвке, - натура какая…
***Темноглазый барин в малиновом пиджаке внимательно, изучающе посмотрел на Гриневского.
***Саша смущённо застенчиво снял бескозырку, скомкал её в руках:
***- Да я…
***- Ничего-с… - подбадривающее сказал барин, продолжая рассматривать юношу. Даже прищурил глаза.- Так, молодой человек, попрошу сюда-с…
***Саша ничего не понимал. Потом догадался: никто не собирается его выгонять.
***- Сделаем художественное фото-с. Для витрины…
***- Для витрины? – удивился Саша. Но хозяин мастерской уже усаживал его на высокий стул, стоявший отчего-то посередине комнаты.
***- Бескозырку попрошу-с водрузить на положенное ей законное место-с…
***- Смешной господин, - успел подумать Александр, прежде чем почти вплотную к его носу придвинули огромный ящик с круглым стеклом посередине.
***- Попрошу сюда-с! – требовательно прозвучал голос Полити.  - Внимание-с! – Саша напрягся. – Раз! Два! Три! – Ярко, нестерпимо ярко вспыхнул магний. - Готово-с!
***Радужные круги остались в глазах Саши.
***- Василий, - строго сказал хозяин малому в поддевке. – Возьми  кассету…
***Гриневский огляделся. На полках, стоявших слева, теснились деревянные и картонные ящики, сгрудилась кипа холстов.
***А это? Какие-то блестящие, круглые. Жестяные коробки…

***- Интересно у вас… - осмелев, сказал Саша. – Фотография - такое… - он замялся, подыскивая верное слово.
***- Нет-с! - Отчего-то возразил Полити. – Неверно! – и добавил восторженно:
***- Картины с движением из Парижа… вот это-с будущее, молодой человек! – он показал на жестяные, блестящие коробки. – Вы слышали про синематограф?
***Саша отрицательно покачал головой.
***- Это – чудо грядущего, двадцатого века! Увидите, оно завоюет мир! Мне привезли десяток картин-с… Гляньте – про приход поезда, смешная такая-с, говорят, политый поливальщик, выход рабочих с фабрики Люмьеров… - Полити перебирал коробки. - Но вот-с, казус, - не увидеть. А надо бы на полотне, как театр теней… Я уже заказал машину специальную – для показа картин с движением-с. Редкость пока. Через месяц-два на пароходе привезут. В прошлом, 95-м, в Париже-с, были первые сеансы, прямо в кафе-с… Но – не для балаганов это чудо-с! А я говорю: надо зал специальный для этого-с! Нашим властям твержу:  дайте из казны какие-то крохи-с – первым в России зал для синематографа откроем-с! Альвин Львович Гуцман и я бьёмся… Гуцман и свои деньги готов  вложить-с… На Стандарте  дом уже присмотрел…

***- А в Москве и в Петербурге такого ещё нет? – засомневался Саша.
***- Нет-с! Почему там? – отчего-то обиженно сказал Полити. – А у нас – будет! В столице Черноморской губернии-с! Видели, молодой человек, у порта – элеватор? Махина какая-с! Второй в мире-с! А года три назад – рядом с ним-с, электростанцию соорудили-с, трехфазного тока-с, первую в мире-с!
***- Любите вы свой Новороссийск, - вздохнув, произнёс, Александр. – А у нас, в Вятке – скука смертная…
***- Не правы-с, молодой человек!- отчего-то строго заметил Полити. Чем Вятка-с – не город? Да вы, быть может, прославите свою Вятку!

***Он в самом деле прославил свою Вятку, этот бывший мальчишка в бескозырке, черноглазый и худой, обладавший чистым и светлым, сказочным воображением. Имя его – Александр Грин.
***Более столетия назад судьба привела его, будущего писателя, в наш город, и он прикоснулся к чуду, которое – через время – стало называться строго и коротко: КИНО.
***К чуду, к истории которого наш город причастен накрепко и навечно, поскольку стал местом, где появился ПЕРВЫЙ В РОССИИ СТАЦИОНАРНЫЙ КИНОТЕАТР…

***Помню, как 45 лет назад историко-патриотический клуб «Шхуна ровесников» решил найти место, где находился первый в России кинотеатр.
***Короткие строчки из единственного документа городского архива ничего об этом не сообщали. Лишь обозначали дату создания кинотеатра – 1897 год (до 1905-го, когда синематограф впервые появился в Москве и Санкт-Петербурге).
***Было понятно, что искать такой кинотеатр надо было в районе Стандарта. Этот район начал особенно быстро заселяться в девяностых годах позапрошлого века, благодаря прокладке железной дороги, связавшей Новороссийск с центром страны…
***Адрес кинотеатра, о котором в то время никто ничего не знал, «Шхуна ровесников» установила точно: Жданова, 13 (сейчас - ул.Элеваторная). Это – двухэтажный дом, построенный французскими концессионерами.

***А вот людей, первых зрителей того кинотеатра, оказалось найти непросто. 
***Вот один из рассказов ветерана новороссийской журналистики Семёна Ивановича МАСАЛОВА.
***«Это было в девятьсот пятом или в девяносто шестом. В кинотеатр, расположенный на Стандарте, я пришёл с отцом, Иваном Федосеевичем, котельщиком железнодорожных мастерских.
***В то время кино мы называли биоскопом.
***Показывали какую-то картину о мире животных. Я сидел в первых рядах на грубой скамейке.
***На меня вдруг с полотна двинулись громадные слоны. Я испугался и закричал…
***Отец засмеялся и шепнул: «Чего боишься? Эти слоны на тебя не пойдут, они уже ушли с полотна…»
***Я успокоился и взглянул вверх. На экране были уже другие кадры. Шёл поезд, шли люди… Всё было очень интересно…»
***Семён Иванович добавил, что в то время кинотеатр на Стандарте был единственным в городе.

***Снимки и материалы, рассказывающие о первом в России кинотеатре, «Шхуна ровесников» передала в кабинет истории кино Всесоюзного государственного института кинематографии…
***Так случилось, что именно во ВГИКЕ, прославленном alma mater советского и российского киноискусства, учились девять наших земляков. Самый известный из них – признанный мастер кинодокументалистики Константин СЛАВИН, лауреат Ленинской премии. На главной студии страны – «Мосфильме»  трудились Валерий МАЛЬКОВ (заместителем Генерального директора) и Виталий ВАСИЛЬЧЕНКО  (директором творческого объединения «Телефильм»). Признанным кинодраматургом стала Елена ЛАСКАРЁВА (автор сценариев пяти художественных лент и целого сонма серий телевизионных сериалов). По нашей просьбе Лена, бывший капитан «Шхуны ровесников»,  вчера пересчитала их. Оказалось - 1508 серий!)  Вот так. Знайте наших, новороссийцев!
***Кстати, в будущем, всезнающий гид из экскурсбюро, везя туристов по нашему городу, и остановясь на минуту у дома по Анапскому шоссе, 50, вполне может, рассказывая о культуре Новороссийска, сообщить необычный факт. В домах у этого двора жило три кинодраматурга!
***Со своего балкона я смотрел на дом Елены, а в первом подъезде проживал Александр ГУСЕЛЬНИКОВ, переехавший позднее в Москву…
***Учились во ВГИКЕ кинодраматурги Евгений ВАСИЛЬЧЕНКО, Валерий ТИМОЩЕНКО, оператор Сергей МОСКАЛЁВ…

***Может, и сегодня кого-то позовёт к себе волшебное и великое искусство…
***С днём кино, дорогие новороссийцы!

Фото: Анатолий УШАКОВ, Сергей ШИЛО и др., из архивов Константина Подымы, Татьяны Прокопенко, фондов музея-заповедника

ГЕОРГИЙ ХОЛОСТЯКОВ: «ПРОСЬБА ПОХОРОНИТЬ МЕНЯ В НОВОРОССИЙСКЕ». Сегодня, 2 августа - 110 ЛЕТ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ ПРОСЛАВЛЕННОГО ФЛОТОВОДЦА, ГЕРОЯ СОВЕТСКОГО СОЮЗА, ВИЦЕ-АДМИРАЛА

Автор: Константин ПОДЫМА, писатель 02.08.2012 00:44

Дата у этого человека – солидная. 110 лет прошло, как родился один из руководителей  битвы за Новороссийск вице-адмирал, Герой Советского Союза Георгий Никитич ХОЛОСТЯКОВ.  Человек, разработавший планы двух  десантов 1943-го  – на Станичку и победного сентября…

МОРЯКИ РОЖДАЮТСЯ В БЕЛОРУССИИ

***В детстве будущий адмирал не видел ни моря, ни кораблей. Родился он в небольшом уездном городке Минской губернии, в Барановичах. Отец работал на железной дороге паровозным машинистом.
***Полесье их семья оставила, когда вал Первой мировой войны докатился до этих тихих мест. Поселились в Речице, уездном городке над Днепром. Там Георгий и увидел впервые маленькие, словно игрушечные, пароходики.  
***Затем была служба в ЧОНе, бои под Фатежем, тиф – и вновь Речица, и приближающийся фронт, оборона Мозыря, что на Березине…
***Весной 1921-го Холостяков вернулся домой. Его демобилизовали, «как не достигшего призывного возраста». А тут сообщение из Гомеля, из губернского комитета союза молодёжи: речицкой комсомольской организации предлагалось послать в Рабоче-крестьянский Красный Флот трёх-четырёх активистов.
***Узнав о развёрстке губкома, 19-летний Георгий решил сразу, в один миг: вот оно, дело, которому стоит посвятить себя без остатка! Вспомнился ему бронепоезд «Черноморец», приходивший в Речицу в 18-м. Встали перед его глазами матросы, которых встречал он в 19-м, под Курском, сильных, весёлых, бесстрашных, в бушлатах и чёрных бескозырках. Разве можно было упустить возможность попасть туда, где люди становятся такими?
***Службу Холостяков начал в Петрограде, во 2-м Балтийском флотском экипаже. Артиллерийская школа, гидрографическое училище, которое Георгий закончил в 1925-м году. Получил предписание явиться на линкор «Марат», куда Холостяков назначался вахтенным начальником. Но на флагманском корабле Морских сил Балтики он надолго не остался: попросил перевести штурманом на подводную лодку «Коммунар».

ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ – ПОДВОДНЫЕ ЛОДКИ

***…Ещё во время практики, на Чёрном море он впервые увидел подводные лодки: старые, купленные царской Россией, затопленные врангелевцами при отступлении и вновь возрождённые. Пошёл с подводниками в поход, испытав и погружение, и всплытие. Потом видел лодки и на Неве: «барсы» стояли на замёрзшей реке у плавбазы «Смольный».
***Не похожие ни на какие другие, сигарообразные, без иллюминаторов, таинственные эти корабли, смело действовавшие в синих глубинах, всё сильнее завладевали мыслями и душой молодого моряка. И он никогда  не пожалел о переходе с флагманского корабля.
***Подводному флоту Г.Н. Холостяков посвятит немалую часть жизни. Полтора десятилетия до начала сороковых, когда из начинающего подводника-балтийца станет на Тихом океане командиром дивизиона подводных лодок, первых советских «щук» на Дальнем Востоке, а затем – командиром 5-й морской бригады.
***И ещё 6 лет - в шестидесятых, когда он, уже многоопытный вице-адмирал, только что оставивший пост командующего 7-го Тихоокеанского флота, станет заместителем начальника постоянной приёмочной комиссии новых советских подводных атомоходов.

***В 1964-м году вице-адмирал Г.Н. Холостяков вышел с инициативой провести поход атомного корабля с проверкой его на полную автономность. Такого никогда ещё не делалось. Атомоход «К-27» был готов к такому испытанию. Георгий Никитич, председатель Государственной приёмочной комиссии на этом корабле, сам вышел на нём в море, и руководил уникальной экспедицией.
***Два месяца, не всплывая на поверхность, плыл новый атомоход. Он достиг центра Атлантики, обогнул под водой половину планеты. Первое плавание советского атомного подводного корабля на полную автономность было сродни подвигу. Правительство отметило подводников высокими наградами. Командир лодки стал Героем Советского Союза.
***Вице-адмирала Холостякова «Золотая звезда» отметила в мае 1965 года. Звания Героя Советского Союза он был удостоен за выдающийся вклад в Победу, за мужество и героизм, проявленные в годы Великой Отечественной.

КОМАНДИР ПОЧТИ ТЫЛОВОЙ БАЗЫ

***… Войну капитан первого ранга Холостяков встретил в Севастополе – начальником  отдела подводного плавания штаба Черноморского флота.
***Но уже 4 июля сорок первого его вызвал к себе командующий флотом Филипп Сергеевич Октябрьский.
***- Назначаетесь начальником штаба Новороссийской военно-морской базы,- объявил он приказ.
***Холостяков обомлел. Он не мог найти слов.
***- За что, товарищ адмирал?
***Октябрьский не понял:
***- Как «за что»?
***- За что в тыл? – Новороссийск был тогда в глубоком тылу.
***Но приказы не обсуждаются. И уже через час Холостяков спешил на Минную пристань. На Новороссийск уходили «Красный Кавказ» и «Червона Украина».  На крейсере «Красный Кавказ» и отправился капитан первого ранга к месту нового назначения.
***Уже через месяц Г.Н. Холостяков становится командиром Новороссийской военно-морской базы…
***Город пока ещё оставался тылом. Однако порт в Цемесской бухте, самый западный из крупных кавказских портов, был, так или иначе, причастен ко всему, что происходило на море. И жил ото дня всё напряжённее.

***Враг отрезал с суши Крым. Требовалось обеспечить сухопутную оборону базы, обеспечить ремонт кораблей, прорывающихся из осаждённого Севастополя, Не в первый раз Новороссийск помогал своему прославленному брату, цитадели Черноморского флота.
***На 9-м километре Сухумского шоссе начали оборудовать командный пункт НВМБ. Под скалою, круто обрывающейся в море, в толще берегового склона и был оборудован КП базы…
***Сорок второй год. Бомбёжки гитлеровцев усилились. Фронт стремительно приближался к Новороссийску. Враг был уже на подступах к нему.
***Под вечер 19 августа 1942 года разведчики обнаружили моторизованную колонну. Враги двигались к станице Неберджаевской. Батарея, стоявшая на Мысхако, в 17 часов 45 минут открыла по гитлеровцам огонь. Авангард 73-й немецкой пехотной дивизии был уничтожен. Так новороссийская военно-морская база, бывшая в недавнем тылу, вступила в бои на суше.

ШТАБ ВЗЯЛСЯ ЗА АВТОМАТЫ

***Сражение за город начиналось. 8 сентября с КП военно-морской базы соединился командующий Новороссийским оборонительным районом генерал-майор Г.П. Котов.
***- Немцы заняли район вокзала и продвигаются в восточную часть города,- сообщил Холостякову командующий. И приказал:
*** - Отбросьте их назад, заткните эту брешь, чем хотите!
***Холостяков доложил, что в его распоряжении нет ни одной роты, кроме рассредоточенных по побережью в противодесантной обороне, а на 9-м километре – лишь штаб базы.
***- Берите кого угодно и идите сами, но эту дыру заткните! – резко приказал командующий.
***Положив трубку, Холостяков скомандовал:
***- Штабу и политотделу – боевая тревога!
***Полуторка и «эмка» тут же отправились в Новороссийск. Капитану первого ранга и его товарищам предстояла трудная задача. Но к ним присоединились моряки и армейцы, отбившиеся от своих подразделений. Непрерывно стреляя, воины продвигались к Стандарту.
Почувствовав тупой удар у пояса, Холостяков упал на землю. Контузия оказалась лёгкой. Спас запасной диск к ППШ. Лежал, видимо, не более минуты… Встал. И снова – в бой!

РЕШЕНИЕ, САМОЕ ГЛАВНОЕ

***… Холостяков вывел из осаждаемого города группу своих штабистов. Наступила ночь. Шагая по Сухумскому шоссе в кромешной темноте, капитан первого ранга лихорадочно размышлял: где же в восточной части города можно поставить заслон врагу? Уже были заняты Мефодиевка, захвачен железнодорожный вокзал, и танки гитлеровцев приближались к центру Новороссийска.
***Где же можно преградить путь фашистам? Сейчас, немедленно, ночью. Возможно, к утру придёт подкрепление. Но враг может рвануться дальше, не дожидаясь утра…
***Где же поставить заслон?
***Лучше всего, пожалуй, для этого пригодна балка Адамовича, которая разделяет «Пролетарий» и «Октябрь». Узкая полоса шоссе, берег моря близок к склону хребта…
***В темноте послышались шаги, кто-то приближался навстречу группе Холостякова. Оказалось – это моряки. 305-й отдельный батальон морской пехоты. Майору Куникову поставили задачу двигаться на Мефодиевку.
***-  Где командир? – спросил Холостяков.
***Однако случилось ЧП. Майора только что увезли в Геленджик, в госпиталь. Находясь на подножке машины, Цезарь Львович вполголоса подавал команды бойцам, двигавшимся в полутьме. И … его руку задел автомобиль, ехавший в сторону Геленджика…
***Вот как случается… Судьба хранила будущего героя…
***- Кто вступил в команду батальоном?
***- Начальник штаба батальона, капитан Богословский! – выступил вперёд высокий худощавый военный.
***Холостяков потребовал у Богословского служебную книжку. И написал в ней боевое распоряжение: занять оборону в районе цементного завода «Октябрь» с передним краем по балке Адамовича и удерживать этот рубеж во что бы то ни стало.
***Фонарик краснофлотца высветил и последнее. Дату написания боевого распоряжения: 9.IХ.42.01.00.

***Пройдут ещё годы страшной войны, и Георгий Никитич с честью пройдёт по её дорогам, закончив бои на Дунае, в древней Вене. Но самым важным своим решением за годы тяжёлого лихолетья будет считать именно это: приказ, отданный ночью, на горной дороге у Новороссийска. Потом этот приказ подтвердит командование. Член Военного Совета фронта Л.М. Каганович доложит о нём (с КП на 9-м километре) Верховному Главнокомандующему, и тот поблагодарит моряков, закрывших путь на Кавказ.
***Дорога на Черноморское побережье будет наглухо перекрыта, и враг не прорвётся дальше на юг, к цветущим городам Черноморья, а дальше – на Кавказ, на Иран, на Индию.
***Приказ, отданный Холостяковым на Сухумском шоссе, сорвёт стратегические замыслы Гитлера. Но об этом станет известно гораздо позже…

«ВЛЮБИТЬ В СЕБЯ»

***… Я сижу в уютной и просторной квартире вице-адмирала на Тверском бульваре. Здесь всё напоминало музей. Январь, 1983-й…
*** Фотографии на стенах, подарки. Особенно – кабинет. Шкаф с книгами о войне, о море. И заботливые хозяева. Невысокий, подтянутый, сероглазый – Георгий Никитич. Кареглазая, полная – Наталья Васильевна.
***- Давайте, Костя, подпишу вам книжку о Новороссийске. Ни у кого не будет такого автографа, - смеётся она.- Сидорова. Куникова. Холостякова!
***Она улыбается, а в глазах – затаённая грусть. В этой квартире – вечная память о первом хозяине Цезаре Львовиче Куникове, первом муже хозяйки. Он как будто и не уходил никогда отсюда. Будто живой… И говорили здесь о нём, как о живом…
***- Я приехала в Новороссийск, к Цезарю. После войны. Впервые. И Юрочку с собою взяла. Так, вы представьте, Георгий что сделал: тут же велел портному пошить парнишке матросский костюм. Не фальшивый, с бубончиками, а самый настоящий – с гюйсом,  с брюками клёш…
***- У меня была стратегическая задача: влюбить в себя сына Наташи. Ну, уж потом… - лукаво улыбается вице-адмирал…
***- Что – потом? – грозит пальцем хозяйка.
***Всё в этом доме просто – без показухи и чванства. Такова и их жизнь. Жизнь и любовь.
***Я смотрю на эту славную чету, и думаю, что не дам им восьмидесяти. Наталья Васильевна только недавно оставила важный пост в Госплане СССР, Георгий Никитич – из-за болезни глаз – перестал вести телевизионную передачу «Искатели» на Центральном телевидении.
***Но забот у них хватает.
***- Хочу, Костя, сделать поминальный ужин – в память о Цезаре, - говорит Наталья Васильевна. - Соберу его друзей… Занимаюсь…
***- Красиво у вас прошла операция «Письма потомкам», - говорит  вице-адмирал. – Горжусь, что я у вас на «Шхуне» - адмирал-наставник…  А ну-ка, ну-ка, пройдём в кабинет. Кое-что  покажу…. Наташу не хочу расстраивать…

ТЕЛЕГРАММА В БУДУЩЕЕ

***- Тут тоже, как письмо, вернее – телеграмма в будущее… - негромко размышлял Георгий Никитич, усаживая меня в одно из кресел, стоящих у его рабочего стола. - Сел. Вот.
***Он  заботливо оглядывает полное его «царствие» - здесь самые любимые книги, подарки. А вот вижу и своё фото, сделанное с экрана телевизора в 1974-м.  Леонид Ильич обращается к новороссийцам. А за ним – почти на треть снимка лицо вице-адмирала.  Вице-адмирала посадили подальше от Генсека, ряд на четвёртый, а меня и вовсе на стадион не пустили, нет для тебя билета, Константин, ты – не местный, сказали.  Тебе нельзя. А затем – чудеса! - Леонид Ильич целый час говорил на фоне моряка.  Ну, я и заснял с экрана обоих боевых товарищей. Холостякову очень этот снимок нравился…
*** - Говорим о будущем… - тихо сказал вице-адмирал. – А я вот что… Знаешь, что я Вечный огонь зажигал – в 58-м  – в Новороссийске…
***Я кивнул:
***- Конечно…
***- Вернулся я с площади Героев, и телеграмму написал.  Вот прочти… - Он вытащил из самого нижнего ящичка  бланк телеграммы. – Не удивляйся… Всему своё время…
***Как сейчас помню этот текст. Вот, именно так.
***«ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМУ ВМФ СССР. В МОСКВЕ СКОНЧАЛСЯ ВИЦЕ-АДМИРАЛ ХОЛОСТЯКОВ. ПРОШУ ПОХОРОНИТЬ  В НОВОРОССИЙСКЕ  НА ПЛОЩАДИ ГЕРОЕВ РЯДОМ С БОЕВЫМИ ДРУЗЬЯМИ».
***И роспись внизу, размашистая, энергичная – Г.ХОЛОСТЯКОВ.

ПОСЛЕДНИЙ ПОДВИГ АДМИРАЛА ХОЛОСТЯКОВА

***… Я вспомнил об этой телеграмме через полгода.
***Вошедший в доверие к адмиралу преступник, завладев его боевыми наградами, убив его супругу Наталью Васильевну, нанесет и Георгию Никитичу смертельный удар.
***А он, испытывая страшную боль, сдержит стон, заглушит в горле крик: рядом, в соседней комнате спала внучка Наташа, и её тоже могла коснуться рука негодяя…
***Может, это и есть последний подвиг адмирала Холостякова?

Подробнее об этой трагической истории можно прочитать здесь.

***Он хотел лечь, когда придётся, рядом со своими боевыми товарищами, у тёплого дыхания святого, бессмертного, Вечного огня.

***Высокие инстанции получили телеграммы. Они достигли адресатов. Но никто не пожелал взять на себя скорбную миссию.

***Московская земля приняла прах адмирала. Он лежит здесь, рядом со своей супругой Натальей Васильевной.

***Якорные цепи стерегут их покой…

ЮБИЛЕЙ НОВОРОССИЙСКА – НЕ ЗА ГОРАМИ. КОНСТАНТИН ПОДЫМА ПОСВЯЩАЕТ ПЬЕСУ 175-ЛЕТИЮ ГОРОДА-ГЕРОЯ

Автор: Беседовал Владимир ДАРКИН, главный редактор "НОВОРОССИЙСКИХ ИЗВЕСТИЙ", фото Евгения ВАСИЛЬЧЕНКО 24.06.2012 12:19

Вспомним-ка, дорогие друзья, что до важного юбилея нашего города нам остаётся совсем мало времени. Да, речь о 175-летии Новороссийска. К такой дате надо готовиться не наспех. Вот и наш известный земляк, писатель Константин ПОДЫМА решил это сделать сейчас. Он написал пьесу и посвятил её новороссийскому 175-летию. «Я ВЕРНУСЬ К ВАМ, ЛЮДИ!» - так называется эта пьеса, новая работа драматурга, которую он только что закончил.

***Мы беседуем с Подымой, и разговор наш, как обычно, касается многого… Всемирная паутина, как всегда, сближает…

***- Поздравляю, Константин Иванович, с окончанием новой и большой работы. Сколько лет вы трудились над этой темой?

***- Спасибо, Владимир. Да, пожалуй, с окончания школы. Но взялся всерьёз лет 30 назад.  Взялся, сидел в музеях, архивах. И… смерть мамы всё остановила.

***- Понимаю… Пришли новые заботы, подчас неотложные. Ваша мама, я знаю, была прекрасным человеком. Мне о ней как о своём классном руководителе, талантливом, творческом, душевном, рассказывали и журналист Валерий Волков, и бывалый моряк, поэт Эдуард Каира… Наслышан о том, какую роль она сыграла в судьбе Любови Васильевны Романовой, когда та возглавляла Приморский райком комсомола. Тамара Ивановна Подыма, уже пенсионерка, бывшая партизанка и сотрудник «Комсомольской правды», помогла ей создать патриотическую бригаду «ИСКАТЕЛЬ», прогремевшую тогда на всю Кубань…  Наверное, это у вас от мамы – и страсть к поиску, открытию нового, любовь к работе с детьми и, конечно же, - стремление к творчеству…

***- Да, уважаемый Владимир… Всё верно. И даже тема моей новой работы, я считаю, наверняка заложена моей мамой…

***- Интересно… Вы уже заинтриговали меня…

***- Представьте 9-летнего мальчугана. Любознательного, начитанного не по возрасту. Поездка в Сочи. Ах, какое это было счастье! Столько Солнца, зелени! И первая встреча, которая запомнилась навсегда. Знаете, с кем? С Екатериной Алексеевной Островской. С родной сестрой легендарного писателя. И первый автограф. И первое прикосновение к жизни удивительного человека, ставшего символом торжества духа над смертью.

***- Тема вашей пьесы – Николай Островский?

***- Если хотите – Островский и Новороссийск. Время – и Островский.

***- Конец двадцатых…

***- И начало тридцатых, когда небывалая слава настигла бывшего красного конника, чоновца, израненного в боях. Заслуженная, но такая короткая – для него, смертельно больного…

***- Вы хотите вернуть на сцену образ человека с плаката?

***- С плаката, Владимир, прошлых лет. Да, он был излишне мифологизирован, но для тогдашнего читателя Островский не казался мифом. Вот такого, из крови и плоти, я и хотел воссоздать его для сцены… И такого, каким его запомнили новороссийцы.

***- Действие пьесы проходит только в нашем городе?

***- Нет, я хотел показать Николая Алексеевича в разных жизненных обстоятельствах, поэтому  мы можем увидеть его и в Москве, и в Харькове…

***- Но ведь создание знаменитого романа «Как закалялась сталь» не связано с Новороссийском…

***- Зато здесь он сочинил свое первое литературное произведение – повесть о бойцах бригады Котовского. Правда, почта затеряла его, не вернула автору. Нынешняя новороссийская почта такого, надеюсь, не совершила бы…
***Но Новороссийск стал этапным городом в жизни Николая Алексеевича. Здесь он сделал последние в жизни шаги, стал писателем и обрёл личное счастье – Раиса Порфирьевна Мацюк стала его женой…

***- Вы, наверное, успели застать её? Она, если не ошибаюсь, скончалась в начале бурных 90-х?

***- В 1992-м, когда наши СМИ без устали развенчивали всё и вся… А с Раисой Порфирьевной я виделся много раз. И даже сюжет пьесы строится на встречах журналиста с вдовой писателя…

***- На подлинных беседах?

***- Вот именно. Я подчеркнул это фактографически: указал подлинное время наших бесед.

***- У меня вот листок, пересланный вами по Инету: список действующих лиц… Много знакомых имён, тех, что знает каждый новороссиец…

***- Я хотел показать Николая Алексеевича в окружении реально существовавших людей. Здесь постарался избежать драматургического штампа – собирательных образов. Марта Пуринь, латвийская революционерка, приехав в наш город, помогла восстановить связь больного инвалида с молодёжью… Лучший его друг из Харькова – Пётр Николаевич Новиков – действительно приезжал в Новороссийск, и он «выбил» у местных чиновников путёвку для друга в сочинскую Мацесту. Тася Пилишенко, Василий Алексеенко, Костя Пулиезо, Дмитрий Хоруженко - друзья-комсомольцы, приходившие к нему в дом на Шоссейной (ныне – Васенко)…

***- Вижу - матрос шхуны «Ленин» Костя Коккинаки, 15 лет, учащийся фабрично-заводского училища «Пролетарий» Женя Савицкий, 15 лет… Комбриг Тихоокеанского флота Георгий Холостяков…

***- Будущий защитник Новороссийска, Герой Советского Союза, он виделся и разговаривал с Островским. Но это уже в Москве…

***- Я удивляюсь, Константин Иванович. А вот – Сталин Иосиф, 56 лет, Орджоникидзе Георгий, 49 лет, Каганович Лазарь, 42 года…

***- Они появились здесь, потому что сыграли немалую роль в судьбе Островского, да и Новороссийска.

***- Новороссийска? Но позвольте?.. То, что Генсек ни разу не был у нас, общеизвестно…

***- Иосиф Виссарионович внёс наш город в число пятнадцати, наиболее пострадавших от войны городов СССР, чем позволил восстановить его в кратчайшее время.

***- А Орджоникидзе?

***- Георгий Константинович лишил наш город губернского статуса, фактически сделав его районным «городком»… А почему горожане не должны знать этого? А?

***- Ну, не волнуйтесь, Константин Иванович… А чем «дорог» для Новороссийска один из «железных сталинских наркомов»? Не читал нигде, что Лазарь Моисеевич Каганович бывал в нашем городе.

***- И не прочтёте, уважаемый Володя. Не прочтёте! С «хрущевских времён» на это имя наложено табу. Из всех книг вычеркнули. А этот выдающийся человек, при котором в Великую Отечественную все железные дороги СССР работали, как часы, был членом Военного Совета Южного фронта, и это именно он, находясь на 9-м километре Сухумского шоссе, доложил Верховному Главнокомандующему, Председателю Совета обороны о том, что моряки остановили врага, не дав ему прорваться на Кавказ…

***- Константин Иванович…

***- Извините, Владимир, что перебиваю… Я не зря показываю эти личности – в год юбилея это просто необходимо! И простите, но без прошлого…

***- Конечно, не только старшему поколению, прежде всего молодежи надо знать наше прошлое… Но вот какой аспект: пьесу, конечно, надо увидеть на сцене. Возможно, нашего народного театра… И всё же как представить – наши любимые артисты воссоздают образы не только Николая Островского, но и  вождей…

***- Ой, Владимир!  Вспомните, как в  1965  году на сцене народного театра появилась пьеса Николая Погодина «Человек с ружьём»…

***- Я этого не знал.

***- В той пьесе главный персонаж - Владимир Ильич Ленин! Вскоре эту пьесу наши новороссийские артисты повезли в Москву, в Кремлевском театре сыграли её!

***- Вот как…

***- Я рассказал о задумке Людмиле Арсентьевне Косторновой. Полтора года назад. Она восторженно заявила: «Прекрасная идея, Костя! А наши сыграют всех! Они смогут!» «Там надо и петь…» «Они и споют и станцуют, если надо! Талантливые люди!».

***- Ну, раз сама Косторнова…

***- Я уже и исполнителя песни «Сулико» нашёл. Это талантливый паренёк Никита Рогожин из вокальной студии «Орхидея»…

***- До постановки, Константин Иванович, путь будет неблизким…

***- Я знаю, Владимир. Если не удастся поставить – издам пьесу книжкой. Правда, если найду спонсоров. Повесть о «Бескозырке» помогла выпустить в свет Людмила Арсентьевна Косторнова. Повесть «Курс – 2017!» - Сергей Шихман и Павел Дуров. Огромное спасибо им.

*** - А вы среди депутатов поищите… Они могут помочь…

*** - Действительно! Прочел вот в «Новороссийском рабочем» 6 июня эссе о депутате Бекрине. Жалуется Юрий Михайлович, что иногда не знает, куда деть деньги из своего фонда, ведь школа у него подшефная одна. Может, он и поможет?

*** - Верно, попытка - не пытка! Поищите, Константин Иванович. Удачи вам в творчестве! Надеюсь, что судьба вашей новой работы будет счастливой…